Рассуждая об образе Обломова, многие говорят о покорности судьбе, о пассивности русского человека. Всю эту, как им кажется, суть русского менталитета отражает слово авось<\/i>. Сегодня это слово устарело, мы используем другое — удача<\/i>: на авось — на удачу<\/i>. И вот слово удача действительно изобличает в человеке пассивность. Чего не скажешь про авось<\/i>.<\/p>\n
В. <\/span>И. <\/span>Даль связывает авось с а-во-се<\/i> ‘а вот я сейчас!’ или с а-въ-сь<\/i> — ‘(пусть) и в это (тоже)’, т. е. ‘пусть хоть так!’ — авось хоть брось!<\/i> А вот ещё поглядим!<\/p>\n В. <\/span>В. <\/span>Колесов пишет о том, что авось неспроста является существительным — это символ русской удали и бесшабашности, а не тупой покорности судьбе.<\/p>\n В. <\/span>О. <\/span>Ключевский пишет: «Расчетливый великоросс любит подчас, очертя голову, выбрать самое что ни на есть безнадёжное и нерасчетливое решение, противопоставляя капризу природы каприз собственной отваги. Эта склонность дразнить счастье, играть в удачу и есть великорусский авось<\/i>».<\/p>\n Сладость борьбы без малейшего шанса на успех. Нет, тут нет никакой пассивности и покорности судьбе. А есть необъяснимый гибельный восторг.<\/p>\n И так только в русском языке. В украинском авось — «глянь-ка!», в белорусском — «вот оно!», а в древнерусском осе есмь<\/i> — «вот я (тут)!». Своеобразный вызов, человек накликает на себя<\/i> предстоящее дело.<\/p>\n В. <\/span>В. <\/span>Колесов пишет, что современные словари понимают авось как «необоснованную надежду на случайную удачу», как возможность благополучного развития событий, в котором никто не несёт ответственности за результат, причём заведомо известно, что у человека нет сил и средств самому добиться желанного результата; от него ничего не зависит, но выбора возможности — нет. Пан или пропал. В этом авось<\/i>! реально выделяется только результат действия. Видя опасность, человек бросается в нее: «Будем драться до последнего!» Нет, не бездействие, не апатия, не лень — человек активен как никогда, да вот действует он в непредсказуемых обстоятельствах жизни, без помощи и без информации о состоянии дел.<\/p>\n Он видит опасность и потому появляется ещё одно выражение, с помощью которого становится возможным преодолеть минутное замешательство, страх и отчаяние: небось<\/i>. От глагольной формулы не бойсь<\/i>!<\/p>\n В. <\/span>В. <\/span>Колесов пишет, что в середине XVII века протопоп Аввакум употреблял оба слова, различная их по смыслу.<\/p>\n Авось бы<\/i> у него используется как если бы<\/i>: в вот если бы та скончалась — как же дети? — «авось бы ты умерла: ведь бы им жить же без тебя!» А вдруг... а случись что...<\/p>\n Небось<\/i> у Аввакума употреблена как «частица подбадривания» в случае неуверенности и сомнения. О своих сторонниках в вере протопоп говорит: они «не молчать, небось, стреляют их (никониан) праведными словесы своими метко». Да и что с неё, с той сарацинской веры? «Дерзай, плюнь на нея, небось!» Соратнику по борьбе за чистоту веры, Епифанию, за хулы на Никона отрезали язык, и шутит он, говоря Аввакуму: проверь, протопоп, нет языка, «щупай, протопопъ, забей руку в горло-то, небос<\/i>: не откушу!».<\/p>\n Вот в чём отличие исходных смыслов в наших словесных образах. Авось<\/i> выражает точное знание: легко не будет; небось<\/i> — осторожное предположение: мало не покажется; но следом за ним идёт уже вполне определённое да как-нибудь<\/i>! — обойдётся.<\/p>\n Будет плохо — да ты не бойся — всё обойдётся. Только в совокупности формул понятен русский характер. Вырвешь что-то — и уже враньё. Таковы ответы русского безрассудства на мещански осторожные призывы не лезь!.. не высовывайся!.. не суйся!..<\/i><\/p>\n",
"summary": "Выписки из книги В. В. Колесова о словах",
"date_published": "2022-07-20T03:05:19+05:00",
"date_modified": "2022-07-24T23:45:17+05:00",
"tags": [
"русский язык",
"словарь"
],
"_date_published_rfc2822": "Wed, 20 Jul 2022 03:05:19 +0500",
"_rss_guid_is_permalink": "false",
"_rss_guid": "333",
"_e2_data": {
"is_favourite": false,
"links_required": [],
"og_images": []
}
},
{
"id": "122",
"url": "https:\/\/www.kkos.ru\/blog\/all\/ovrag\/",
"title": "Овраг",
"content_html": " Слово «овра́г», как ни странно, связано с древнерусским словом «врагъ», которое образовано от глагола «вьрѢти» («бить ключом, бурлить»). Связь оврага с враждебными силами объясняется фонетической близостью: согласно сведениям из словаря В. И. Даля, эти слова омонимичны: «Овраг, овражек, враг, вражек». Даль также связывает их со словом «вара»: «холмъ, горушка, бугоръ, взлобокъ».<\/p>\n Даль В. И.<\/i> Толковый словарь живого великорусского языка. Под ред. проф. И. А. Бодуэна де Куртенэ: в 4 тт. Т. 1. М.: Цитадель, 2011. С. 403, 632.<\/p>\n<\/blockquote>\n",
"summary": "Слово «овра́г», как ни странно, связано с древнерусским словом «врагъ», которое образовано от глагола «вьрѢти»",
"date_published": "2017-04-15T20:28:04+05:00",
"date_modified": "2017-04-09T20:33:56+05:00",
"tags": [
"находка",
"русский язык",
"словарь"
],
"_date_published_rfc2822": "Sat, 15 Apr 2017 20:28:04 +0500",
"_rss_guid_is_permalink": "false",
"_rss_guid": "122",
"_e2_data": {
"is_favourite": false,
"links_required": [],
"og_images": []
}
}
],
"_e2_version": 4199,
"_e2_ua_string": "Aegea 11.5 (v4199)"
}\n